aif.ru counter
72

Жертва перестройки. В истории Воронежской атомной поставят точку

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 34. АиФ-Черноземье 21/08/2019
Недострой мог бы стать меккой фанатов индустриальной романтики.
Недострой мог бы стать меккой фанатов индустриальной романтики. © / Нововоронежская АЭС

Возможно, если бы идею удалось воплотить в жизнь, судьба воронежского ЖКХ сложилась бы совсем иначе, но уникальный проект стал жертвой политических игр и стремительно наступавшей разрухи.

На металлолом и щебёнку

Недра станции-призрака пугают и восхищают одновременно: тёмные переходы, железобетонные стены толщиной в метр, еле заметный в полутьме корпус реактора и потрясающий вид на шиловский лес и водохранилище, который открывается с крыши энергоблока, – сооружение могло бы стать меккой фанатов индустриальной романтики.

Но будущее ВАСТ уже известно: почти вся она пойдёт на металлолом и щебёнку. Горькая ирония: за эти полезные стройматериалы планируется выручить ту же сумму, что была потрачена на строительство станции, – 130 миллионов. С той лишь разницей, что в 80-е один доллар стоил 86 советских копеек, а сегодня – 66 российских рублей.

Два реакторных отделения снесут до фундаментной плиты: недостроенное второе – до конца года, первое – с куполом – в 2020-2021 годах. Здание химводоочистки сохранится и будет использоваться по другому назначению. Вспомогательные помещения планируется продать. Площадкой уже заинтересовались две организации: одна фирма делает лопасти для электростанций-ветряков, другая – баки.

Решение «Росэнергоатома» вполне понятно: каждый год содержания недостроя обходился примерно в 40 млн рублей. На станции сегодня работают 28 человек: половина уйдёт на пенсию, остальные переедут в другие регионы, чтобы работать в атомной энергетике.

Упущенный шанс

Почему же станция так и не заработала?

«Два энергоблока в чистом виде могли бы обеспечить теплом население в 200 тыс. человек, – говорит директор ВАСТ Анатолий Сачков. – И это только максимальный зимний пик – от 20 градусов мороза».

Городская экология только бы выиграла: из 273 котельных, работавших на угле и мазуте, треть была бы закрыта. А к середине 90-х планировалось построить вторую очередь – ещё два энергоблока. По словам директора станции, она могла бы давать теплоэнергию практически всему Воронежу.

Строительство началось в 1983 году. Как отмечает главный инженер управления строительством ВАСТ Вячеслав Разинков, к 1990 году первый энергоблок был полностью построен и оборудован на 90%. Но пуск так и не состоялся. Продолжалась перестройка, и после чернобыльской катастрофы страх перед атомной станцией в черте города стал одной из главных тем, которые подняла на щит местная «демократическая общественность». Прошёл референдум, и большинство горожан высказалось против.

Между тем представлять остановку строительства как победу народа над замшелыми партократами было бы крайне наивно. Дело в том, что дырявые городские сети были просто не готовы принять теплоноситель от ВАСТ. На срочную замену теплотрасс требовались огромные деньги, которых в начале 90-х не было и не предвиделось. По воспоминаниям общественника Владимира Бренделева, сумма оказалась сопоставима со строительством самой станции. Руководство города и области было счастливо прикрыться модными играми в демократию и закрыть неудобный проект.

Окрестности Воронежской атомной станции теплоснабжения.

Окрестности Воронежской атомной станции теплоснабжения. Фото: Нововоронежская АЭС

По сути, атомная станция стала жертвой перестройки и хаоса, воцарившегося в стране.

«Город дотировал на котельные примерно треть бюджета! – вспоминает Анатолий Сачков. – На это деньги были, а на то, чтобы привести хозяйство в порядок – нет».

Чиновники оправдывались крахом воронежской промышленности: ведь прежде заводы-гиганты потребляли две трети теплоэнергии, оставляя на долю населения всего 30%. Вот и получалось, что потребителя для новых мощностей будто бы и нет. Будущий бум жилищного строительства тогда никто не предполагал.

Сегодня развитие атомной энергетики мало кого пугает. Все понимают преимущества и безопасность выработки электроэнергии и тепла таким способом. Три года назад заработал шестой энергоблок Нововоронежской АЭС, построенный по современному проекту «Росатома» и тиражируемый за рубежом, а в этом – вступает в эксплуатацию его брат-близнец – седьмой. Но тогда, в начале 90-х, город не смог воспользоваться шансом и в итоге потерял гораздо больше – сколько ушло только в «чёрную дыру» «Воронежтеплосети», представить страшно.

«Я занимался расчётами: цена теплооэнергии составляла бы примерно треть от сегодняшней», – уверен директор ВАСТ Анатолий Сачков.

Можно ли было реанимировать проект? Эксперты атомной отрасли отвечают отрицательно. За то время, что стройка была заморожена, технологии сильно шагнули вперёд. Когда рассматривалась судьба ВАСТ, во главу угла была поставлена безопасность и экономическая эффективность. Мир сейчас строит атомные станции по-новому, а вносить коррективы в старый проект – не только невыгодно, но и небезопасно.

К тому же Воронеж вырос, приобрёл статус милионника, и станция официально попала в городскую черту, а по санитарным нормам предприятия такого типа должны находиться на удалении.

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых