Примерное время чтения: 9 минут
234

Без них как без рук. Воронежская экономика не справляется без мигрантов?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 4. АиФ-Черноземье 26/01/2022
Пресс-служба правительства Калининградской области / АиФ

Во время пандемии Воронежская область, да и вся страна в целом, по-настоящему ощутила зависимость от иностранной рабочей силы. В то же время приток мигрантов ведёт к серьёзным социальным проблемам – перечислять громкие преступления можно долго. Удастся ли найти золотую середину? И как вышло так, что мы не можем обойтись без рабсилы извне? Подробности - в материале «АиФ-Воронеж». 

Прогнозируют рост

Недавно изменились правила для трудовых мигрантов. С 29 декабря 2021 года на срок трудового договора продлено временное пребывание для рабочих из стран Евразийского союза и их семей. До года с даты въезда разрешено оставаться в России членам семей иностранцев с видом на жительство, и через год разрешение можно продлить. Приезжему, признанному носителем русского языка, даётся ещё 90 дней, чтобы оформить временное проживание или вид на жительство.

Эксперты уже предрекают рост потока мигрантов в изголодавшуюся по иностранным кадрам российскую экономику. Например, воронежские стройки, где доля иностранных рабочих до пандемии достигала 40%, серьёзно замедлились, хотя это и не привело к существенному снижению объёмов сданного жилья. Из-за дефицита приезжих с трудом находили сезонных рабочих и воронежские садоводы.

Но можно ли считать рабочую силу из бывших союзных республик надёжным средством против кадрового дефицита?

«Её объём не так уж велик, – полагает политолог Владимир Киреев. – Да, в некогда советской Средней Азии увеличивается население, но количество потенциальных мигрантов не удовлетворяет масштабы растущей российской экономики. Потенциал Украины, Молдавии и Белоруссии тоже невелик – там идёт депопуляция, и многие уже предпочитают уезжать на Запад» .

По лёгкому пути

Одновременно с поддержкой трудовой миграции усиливается контроль за приезжими. С 29 декабря они должны сдавать отпечатки пальцев, фотографироваться, проходить медицинский осмотр. Вводится новая форма патента на работу в России – пластиковая карта, которая содержит всю информацию о человеке, в том числе его биометрические данные.

С этого года нелегальных рабочих могут не только оштрафовать на сумму до 5 тыс. руб., но и выдворить за пределы страны, а работодателям придётся заплатить по 800 тыс. руб. за каждого такого сотрудника. Эти меры тоже вполне понятны – преступления, совершённые мигрантами, неизменно вызывают большой резонанс. Так, в середине декабря в Воронеже был задержан Джаббар Атакишиев, который работал таксистом в Санкт-Петербурге и подозревается в том, что зарезал двух пассажиров.

Сообщения о подобных случаях часто сопровождаются тревожными комментариями о растущей криминализации приезжих. Действительно, по данным МВД, в январе-ноябре прошлого года иностранные граждане и лица без гражданства совершили 33,7 тыс. преступлений – на 6,3% больше, чем в том же периоде 2020-го.

Но если взять данные десятилетней давности, выясняется, что мигранты стали нарушать закон реже: в январе-ноябре 2011 года речь шла о 41,8 тыс. преступлений. Впрочем, рисовать благостную картину тоже не стоит.

«»Государство старается оптимизировать работу с мигрантами, избежать привлечения некачественной рабочей силы, которая может вызвать социальное напряжение, – отмечает Владимир Киреев. – Но любая иммиграция из постсоветских стран, за исключением Украины и Белоруссии, негативно сказывается на основах общества – понижает культурный уровень. Мигранты вовсе не злодеи, но качество образования в их странах падает, а религиозная радикализация растёт. У нас низкие зарплаты и недостаточно высокотехнологичные рабочие места, и неквалифицированные кадры ещё больше закрепляют периферийно-сырьевой статус нашей экономики. Да, мигранты стали совершать меньше преступлений, однако они создают базу для профессионального криминалитета, который становится всё более этническим» .

По мнению эксперта, в Воронежской области эта проблема не настолько остра, как, скажем, в гораздо более криминализированных регионах Дальнего Востока и Прибайкалья, тем не менее негативная тенденция налицо. Можно ли её изменить?

«Среди нашего коренного населения огромное количество людей принципиально не хочет работать, – считает политолог. – Они живут как иждивенцы или перебиваются случайными заработками. А наше государство, хотя многие его изображают авторитарным, на самом деле вполне либерально и не способно заставить этих людей трудиться. Поэтому оно идёт по самому лёгкому пути замещения местного населения пришлым. В итоге проигрывают все. Ведь если бы мы года с 2005 начали интенсивно развивать высокие технологии, то сегодня бы уже привозили их в ту же Среднюю Азию, повышали там уровень жизни, и узбекам, киргизам, таджикам не пришлось бы ехать на заработки за тридевять земель» .

Что у приезжих в головах?

Член национальной палаты при губернаторе Александре Гусеве, координатор Воронежского дома дружбы Владимир Иванов:

«Новые меры во многом носят профилактический характер. Когда ставятся серьёзные требования, люди понимают, что попасть в нашу страну будет тяжелее, а значит, вести себя нужно законопослушно. До сих пор существовали определённые лазейки. Например, можно было у себя на родине просто поменять имя и фамилию и фактически стать новым человеком для нашей погранслужбы. Дактилоскопия этого не позволи» .

У нас многонациональная страна, и в любом конфликте, где принимают участие представители разных народов, можно усмотреть этническую рознь. В последнее время тема усиленно прокачивается – даже появились отдельные телеграм-каналы, которые собирают все негативные материалы и рассматривают их под углом защиты этнического большинства.

В то же время, действительно, есть резонансные дела. Сегодня работать в Россию едут люди, которые родились и выросли после перестройки, и говорить о советском менталитете уже не приходится. В подавляющем большинстве республик бывшего Советского Союза проводится жёсткая националистическая политика – закрытие русских школ, переход на латиницу, отток русскоязычного населения. Новое поколение по духу и культуре имеет мало общего с жителями России, плохо знает русский язык, нашу историю, отсюда – и латентный конфликт. Поэтому важно не только следить за формальным соблюдением законодательства, но и понимать, что в голове у людей, которые к нам едут, насколько они адаптивны. Тем более что наше население достаточно неконфликтно. Любые всплески, как правило, вызваны резонансными вопросами.

Национальными культурными объединениями ведётся много профилактической работы. Ведь тень от преступлений, которые совершают приезжие, падает на всех земляков. Вопрос и в том, насколько наше общество способно социально и культурно переварить мигрантов. Формируя квоты по их приглашению, об этом нужно обязательно думать» .

Ни перспектив, ни стремлений

Руководитель садоводческого хозяйства «Новона­деждинское» Николай Паринов:

«»В последние годы наш русский человек почему-то перестал трудиться. Знаете, кто у нас работал в этом году? Цыгане. Раньше очень добросовестно работали украинцы, но теперь границу закрыли. Хорошо работали молдаване, если попадался нормальный бригадир. Представляете – в прошлом году начали набирать людей по договорам из тюрем! Их привозят, они собирают яблоки.

Мы сами не можем решить этот вопрос. Никакие стимулы не работают. Такое ощущение, что многие наши люди потерялись в жизни, не видят перспективы. Нет уверенности в себе, стремления к лучшему. В окружающих сёлах уже практически никого не осталось, ведь под боком миллионный Воронеж. У нас стоит прекрасная квартира со всеми удобствами на берегу пруда, есть отличное общежитие. Но никто не едет, ситуация очень тяжёлая. Все хнычут – мало денег, правительство и президент виноваты. Да при чём же президент, если вы сами ничего делать не хотите?! У нас собрать три яблока стоит четыре рубля. Полтонны собрал – две тысячи. А те, кто хорошо работают, в день собирают до тонны. При этом мы даём деньги на питание.

Помню, перед концом советского строя был брошен клич «В неперспективные сёла!». Шла агитация по радио и в газетах, строилось жильё, создавались новые предприятия – сырные, рыбные цеха и т. д. А сейчас – одни чиновники кругом. Нас проверяют 80 организаций! Вот взять бы всех и отправить на обрезку в сады! Пусть пользу приносят. Ведь при коммунистах к нам приезжали на сбор яблок учителя, врачи, другая интеллигенция. Люди брали отпуск и зарабатывали деньги. А сейчас? Может быть, нужно объединять безработных в бригады и заставлять работать?» 

Миграционные потоки в регионе в январе-ноябре 2021 (по данным Воронежстат)

 

Число прибывших

Число выбывших

Миграционный прирост

Общая миграция

59 867

51 131

+8736

Внутри региона

25 053

25 053

-

Из других регионов

21 562

19 811

+1751

Из стран СНГ

11 927

5653

+6274

Из дальнего зарубежья

1325

614

+711

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах