Примерное время чтения: 10 минут
168

По Дону и дальше. На чём до Петра I воронежцы по рекам и морям ходили

Павел Семенов / Из личного архива
У Воронежа уникальные отношения с морями. С одной стороны наш город – сугубо сухопутный, с другой – здесь любят всё, что связано с флотом. 
 
И оказывается, дело не только в Петре: до великого реформатора у нас уже была своя судостроительная традиция. О том, как наши предки бороздили Дон, Азовское и даже Чёрное моря, рассказал известный реконструктор, руководитель фестиваля «Русборг» Павел Семёнов. 
 

Казус Робинзона

Юрий Голубь , vrn.aif.ru: Павел, принято считать, что стоящая у Адмиралтейской площади «Гото Предестинация» - копия корабля петровской эпохи. В реальности под обшивкой у него – стальной корпус. А возможно ли в принципе сегодня создать судно по старинному образцу?
 
Павел Семёнов: В нашем регионе нет лесов, пригодных для судостроения. Вообще. Последние были срублены как раз при Петре I. В итоге не продолжилась традиция – закончился подходящий дуб. Поэтому первая проблема современного исторического судостроения – отсутствие материала. И она появилась не сегодня. Возьмём даже суда эпохи викингов: ранние корабли сделаны из более широких досок, чем поздние. А сегодня для изготовления реплик кораблей датчане и норвежцы используют лес из Канады. 
 
Никто никогда не строил лодки далеко от места использования. Живёте у водоёма – строите суда, которые для него подходят. Круглодонные дракары викингов с обшивкой внахлёст – традиция Балтийского региона. Для южной Руси они абсолютно не характерны: у нас нет необходимых глубин, даже на Дону. Все реки – мелкие.  
 
А сейчас исторические суда привозят к месту эксплуатации транспортом, поэтому, построив крупный корабль, можно оказаться в роли Робинзона Крузо, который выдолбил лодку из ствола, но не смог дотащить её до моря. 
 
В Средневековье можно было привлечь к постройке судна много людей, современных волонтёров гораздо меньше. Поэтому нет возможности вытёсывать из дубов доски – приходится распиливать ствол на пилораме. Но пиленая доска, равная по прочности колотой, должна быть на 25 процентов шире. Так что все современные реплики заведомо тяжелее аналогов.
 
Корпуса судов в Средние века обязательно покрывали дёгтем – причём, не берёзовым, а сосновым. Это очень сильный антисептик, и дерево практически не гнило. Но, во-первых, современный человек не готов сесть на дёготь, а, во-вторых, сегодня найти его очень сложно. 
 

Две традиции

- Какие же корабли строили в России до Петра?
 
- Первые русские лодки – долблёнки. Выдалбливали «корытца» и плавали. В 2010 году в станице Мигулинской соседней Ростовской области эта традиция ещё была жива, я видел и лодку, и мастера. Но такое судно нельзя сделать крупнее ствола: потребности росли, а подходящих деревьев становилось всё меньше. 
 
Викинги придумали клинкерную конструкцию – когда доски накладываются друг на друга и склёпываются. На севере Руси пошли по тому же пути, ведь плавали тоже по морю, только по Белому. Но с месторождениями металла у нас хуже, чем в Швеции, и поморы не клепали, а сшивали доски вываренными еловыми корнями и ветками. 
А на юге, в частности под Воронежем, а также на Урале и в Сибири, русские люди в основном плавали по рекам и изобрели судно барочно-ладейного типа. Ермак и Стенька Разин ходили именно на таких кораблях. У такого судна плоское дно и потому очень маленькая осадка. Например, у нашей семиметровой лодки с грузом – всего 20 см. По Дону она проплывёт где угодно. А так называемые беляны – баржи для сплавки леса, которые использовались ещё в XIX веке, - могли иметь в длину 100 м и в ширину 30 м, там мог стоять даже дом капитана. И они так же успешно преодолевали самые мелкие места. 
 
Но на открытой воде такие корабли показывали себя хуже. Волна очень сильно бьёт по плоскому днищу и в конце концов конструкция просто разваливается. Нужны круглое дно и киль, который режет волну. Но это не значит, что в море на них нельзя выйти совсем. Даже сейчас рыбаки на Сахалине используют плоскодонные суда – просто в силу традиции. К тому же такая лодка всегда может подойти близко к берегу. А килевое судно, например, в Азовском море иногда не может подойти ближе, чем на 3 км. Приходится долго идти в воде – и хорошо ещё если на дворе лето.  
 
Фото: Из личного архива/ Павел Семенов

Посидим у моря, подождём погоды

- С конструкцией корпуса разобрались, а что с парусом?
 
- Древнерусские суда, как правило, использовали прямое парусное вооружение. На этот счёт есть много стереотипов: яхтсмены скажут, что оно неэффективное, позволяет ходить только прямым курсом и т. д. Но пусть они не обижаются: современный яхтинг – это развлечение и никакой связи с реальным судоходством Средневековья не имеет. Яхтсмен выходит в море отдыхать, скакать по волнам, ему нравится, когда его кренит. У средневекового морехода была совсем другая, прозаическая задача: доехать из пункта А в пункт Б с какой-то целью. И корабль был только средством достижения этой цели. 
Да, косым парусом может управлять очень маленькая команда, но на средневековых кораблях проблем с командой не было. С ним можно идти круто к ветру. Но зачем? При попутном ветре из Санкт-Петербурга в Хельсинки можно доехать меньше, чем за день. А при встречном – вы будете несколько дней лавировать в узком месте, и вас может выкинуть на камни. Любой нормальный человек в такой ситуации будет сидеть на берегу и ждать у моря погоды – пить в кабаке, играть в зернь, чинить корабль. 
 
- Гружёные суда вверх по русским рекам часто тащили бурлаки. Так ли был тяжёл этот труд, как мы знаем из песен, живописи и литературы?
 
- Есть научные работы, из которых известно, что в XIX веке нормой для одного бурлака было тащить 9 тонн груза. Я сперва не верил, но практика показала: нашу семиметровую лодку с экипажем и всем грузом совершенно спокойно тащил один человек. Это 3 тонны. При этом использовался трос, а не лямка. За день вверх по Туре мы проходили около 40 км, по Тоболу – 30 км. 
 
- А волоки по водоразделам?
 
- Как я уже говорил, современные реплики тяжелее исторических аналогов. Но даже перетаскивание реплик показывает, что в этом нет ничего архитрудного. Вы можете срубить и ошкурить круглые деревца небольшого размера и катить по ним лодку. И если у вас два корабля, то, собрав обе команды, вы по очереди оттащите их, куда угодно. В Путивле мы тащили лодки 700 м – прямо по улицам города.
 
Фото: Из личного архива/ Павел Семенов

В Турцию по кругу

- Иногда можно прочитать, что казаки на стругах и дощаниках ходили по Чёрному морю в Турцию «за зипунами». Получается, всё-таки реками дело не ограничивались?
 
- Да, ходили. Ведь Чёрное море не очень большое и похоже на видеокассету: вода циркулирует против часовой стрелки по обе стороны от линии Крым – Синоп. Там все ездили по кругу, и казаки тоже. А от Алушты до Синопа – 200 км, при попутном ветре это один суточный переход. Они же плыли не наобум, а обладая опытом, готовились и ждали нужный ветер. 
 
Вопреки рассказам отдельных историков, никаких больших кораблей у казаков не было – ходили по морю на судах речного и озёрного типа, и это только подчёркивает смелость. Порох закатывали в бочонки, всё имущество упаковывали и, если лодку даже полностью заливало водой, просто вылезали за борт и вычерпывали её кружками – акул нет, вода летом тёплая. Почему таких историй нет на Белом море? Там вода – плюс 4 градуса и через 20 минут просто остановится сердце.  
 
- Если Петру достались остатки корабельного леса, значит до него суда в Воронеже уже интенсивно строились?
 
- Не совсем так, речь шла не столько о судо-, сколько о домостроении. Поймите, что в Средневековье из сосны или липы разве что тарелки резали. А всё приличное строилось из дуба. Все крепости – Воронеж, Елец, Валуйки и т.д. – были из него. Вся экономика зиждилась на дереве. Понятно, что дуб заканчивался. Крупных судоверфей не было. Был самострой, причём в основном речь шла о баржах, для которых не требовались особые инженерные навыки. Пётр завёл адмиралтейство, чертежи, модели судов. До него всё строилось по наитию, по традиции, опытным путём. До нас не дошло ни одного чертежа древнерусского корабля.
 
Пётр сделал и много плохого. Например, он фактически уничтожил очень хорошо развитое самобытное поморское судостроение. Сшитые еловыми ветками мягкие кочи поморов выталкивались льдом наверх. Это было уникальное явление. А Пётр указом запретил их, предписал строить корабли европейского типа по чертежам, присланным из адмиралтейства. Но такие корабли не подходили для плавания в этих водах. Это убило торговлю на Белом море. Очень богатая территория резко обеднела. 
 
А на юге – наоборот. На плоскодонных судах русские не могли противостоять флоту турок. А Пётр радикально заставил строить крупные корабли, и переброска их на Чёрное и Азовское моря изменила баланс сил. Без Петра такие корабли у нас бы не появились, а без них невозможно было превратить Россию в морскую державу. 
 
Фото: Из личного архива/ Павел Семенов

 

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах