Леонид Пуссила попал на СВО не сразу — ему пришлось буквально убеждать военкомат дать ему шанс оказаться там, где могли бы пригодиться его знания, опыт и желание защищать Родину.
В 2000 году он, как сотрудник органов внутренних дел, поехал в командировку в Чечню, в 2004-м был направлен для расследования уголовного дела по нападению террористов на республику Ингушетия, участвовал в расследовании уголовного дела по захвату школы в Беслане.
Когда 24 февраля 2022 года началась специальная военная операция, Леонид Викторович сразу отправился в военкомат, но был «забракован» по возрасту. Однако воля и упорство сделало своё дело: через полторы недели он уже находился среди добровольцев. Затем последовали ещё два контракта. А сейчас Леонид Пуссила защищает права участников СВО, работая в фонде «Защитники Отечества». Накануне Дня защитника Отечества он стал гостем редакции «АиФ».
С боевым опытом
— Леонид Викторович, в России трудно найти семью, в которой не было бы своих героев, проливавших кровь на полях сражений. А кто они, наши современные защитники Отечества?
— Россия всегда была сильна своими героями, потому что наша история насыщена частыми войнами и вооруженными конфликтами. Наш народ самоотвержен, не считаясь своей жизнью и здоровьем, он всегда вставал на защиту Родину. Современные герои — это те, кто, оставив дом и семью, сейчас защищает наши границы. Они защищают нас с вами, при этом лично не зная нас, и это кардинально отличается от ценностей коллективного Запада.
У нашего народа сильна преемственность поколений. На уроках мужества, «Разговорах о важном» школьники и студенты всегда проявляют интерес к защитникам Отечества — интересуются, почему мы пошли воевать, и, думаю, большинство ребят, когда подрастут, поступят также при опасности для Родины. Я считаю, что молодёжь у нас очень хорошая, активная, сознательная.
— Вы трижды побывали на СВО, причём в первый раз отправились туда добровольцем. Почему вы приняли такое решение?
— Я подполковник полиции в отставке. С 2016 года, выйдя на пенсию, работал начальником охраны в строительной фирме Воронежа. На третий день СВО пошёл в военный комиссариат, чтобы меня зачислили добровольцем. Имея боевой опыт, я понимал, что нужен там. Но мне ответили, что я уже не подхожу по возрасту — на тот момент мне было 43 года. Однако вскоре мне перезвонили: «Если хотите стать добровольцем, приходите. Условия изменились». И через две недели после начала СВО я уже был на передовой в добровольческом отряде «Барс-4».
Первый контракт прошёл на Херсонско-Николаевском направлении. Сначала мы наступали, потом дали команду держать оборону. Добровольцев тогда было много — в основном отставные офицеры с боевым опытом, как у меня. Все мы пошли защищать Родину, чтобы беда не пришла в наш дом, чтобы наши семьи жили спокойно.
Между жизнью и смертью
— Говорят, враг становится всё изощренней. Это так?
— Вспоминаю чеченскую кампанию. Тогда воевать было проще — мы видели врага. А сейчас враг и выглядит, и разговаривает, как ты. Считаю, что мы один народ — просто им промыли голову, вражеской пропаганде это хорошо удалось. Кроме того, мы воюем с коллективным Западом, который снабжает Украину оружием и боеприпасами. Мы противостоим всем, поэтому всё идёт так тяжело.
Самой сложной для меня оказалась вторая командировка. Тогда контракт у меня был с ЧВК. Заключал я его на четыре месяца, а пробыл там все девять — нам сказали, что пока Бахмут не возьмём, никого не отпустят. И реально стали посещать мысли, что домой я уже не вернусь. При одном из наступлений я три дня числился без вести пропавшим. Все мои товарищи погибли, а я всё это время добирался из глубокого тыла врага к своим.
Это было в начале взятия Бахмута. Нам дали в провожатые бойца, который сам пробыл два дня на передовой и плохо ориентировался на местности. В три часа ночи он повёл нас через посадки в наши позиции, но ошибся в поворотах в лесу и завёл в глубокий тыл врага. Я шёл третьим — нёс боеприпасы, а впереди два моих товарища несли крупнокалиберный пулемёт. Противник увидел нас и кинул гранату. Два товарища погибли сразу. Мне удалось лидировать бойцов, которые были в окопе. Затем я услышал с соседних окопов беспорядочный огонь в мою сторону, пришлось отступить — силы были не равны. Тогда я реально находился между жизнью и смертью.
— Тем не менее, вы подписали ещё и третий контракт...
— Да. После второго контракта фонд «Защитники Отечества» — я там ещё не работал — организовал поездку в Москву в парк «Патриот». Там я увидел, что Великая Отечественная война велась в таких же окопах, такой же грязи, так же гибли люди... Прошёлся по музею и понял, что не до конца отдал свой долг Родине...
Третий раз я также был в добровольческом отряде «Барс-4», но уже командиром роты. Стояли мы на Кинбурнской косе, отражали десанты врагов. Интересно, что во Второй мировой войне у Германии были планы высадки на эту косу, от которой открывается прямой сухопутный путь в Крым. При возведении защитных сооружений, окопов и блиндажей наши солдаты находили каски советских и даже австро-венгерских воинов. История показывает, мы ведём боевые действия в тех же местах, где воевали наши деды и прадеды.
Уже после я устроился в фонд «Защитники Отечества», чтобы оказывать юридическую помощь бойцам и членам их семей. У меня высшее юридическое образование, и я знаю нюансы службы «за ленточкой».
— Какие качества важны в боевых условиях? У вас был страх?
— Страх — естественное чувство человека, но он не должен перерастать в панику. Боец должен быть острожным. Ведь если тебя ранят, придётся отвлекать других солдат, чтобы тебя эвакуировали, тем самым подвергать их жизни опасности. Важно знать, когда прилечь, спрятаться, если слышишь звуки дронов в небе. Те, кто пошли на СВО, ещё на гражданке со своим страхом поборолись.
Интересный случай произошёл в третьей командировке. На Кинбурнской косе мы вычислили время, когда ночные дроны уже не летают, а дневные — ещё не летают, ведь на каждом дроне стоит либо ночная, либо дневная камера. В это время ребята копали окопы. И вот в один из таких дней, пока 12 человек лопатами рыли землю, я следил за небом и тут услышал дрон. Дал команду срочно укрыться в блиндаже. Сам начал стрелять по этому дрону, а он летит прямо на меня. Тут понятное дело — нужно уберечь ребят. Остался я на месте и... чудом сбил дрон в воздухе. Вот так на СВО пригодился боевой опыт.
Привет из дома
— Как вы считаете, важна ли поддержка волонтёров, которые и сети плетут, и антидроновые одеяла шьют, а ещё передают домашние вкусности, детские письма?
— Конечно, это очень важно. И я вам больше скажу: это спасает много жизней. Сейчас, благодаря высоким технологиям, враг видит всё. Бойцы натягивают маскировочные сети не только на блиндаж, но и на технику, территорию вокруг. Враг бьёт по этой сети, и максимум, что может — повредить, эту самую сеть, а люди остаются живы. Бывало, что со стороны врага к нам прилетало до 150 дронов в сутки! Поэтому этот маскировочный материал расходуется очень быстро.
А вкусности, сами понимаете, всегда греют душу. Когда служил в ЧВК, передач из дома нам поступало немного, выдавали тушёнку, гречневую кашу и две маленькие шоколадки «Алёнка». И бывало, что в этой грязи, постоянной сырости, крови единственной радостью были эти шоколадки. У нас многие молодые, ещё неженатые бойцы мечтали: «Вот женюсь. Если родится дочка, назову её Алёнкой».
Ещё один случай. Как-то после очередного обстрела подошёл ко мне боец и взмолился: «Что хотите делайте, командир, но я отказываюсь воевать». Я сказал ему: «Подожди». И дал ему детское письмо и поделку, которые нам недавно привезли. Кстати, изготовленную детьми летучую мышь я сам долго носил на жилете как оберег. И вот, минут через 15 возвращается боец со словами: «Командир, спасибо, что вразумили меня». Вот так простое детское письмо воодушевило бойца продолжать службу.
— Вы работаете юристом в фонде «Защитники Отечества», с чем к вам обычно обращаются?
— Люди часто обращаются за консультацией, чтобы получить нужные справки, выписки, льготы. Иногда они не могут подтвердить военную травму и получить инвалидность. Вопросов много, и этот поток растёт. При этом поддержка на самом деле предусмотрена большая не только для участников СВО, но и для членов их семей. Мы также оказываем помощь в трудоустройстве ветеранов и адаптации для них жилых помещений. Ветеранам бывает тяжело влиться в мирную жизнь. Мы вовлекаем их на разные мероприятия, то есть стараемся оказывать поддержку по-максимуму.
— Что бы вы хотели пожелать нашим мужчинам, особенно тем, кто сейчас защищает Родину?
— Я хочу пожелать, чтобы все они вернулись домой, чтобы матери и жены дождались своих сыновей и мужей, встретили их живыми и здоровыми. Крепости вам духа и терпения!
Досье
Леонид Пуссила родился в 1978 году в Душанбе. Окончил Воронежский экономико-правовой институт. Работал в МВД. Сопредседатель Ассоциации ветеранов СВО по Воронежской области, замруководителя регионального филиала фонда «Защитники Отечества». Награждён медалью «За Отвагу», медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» I и II степени и другими наградами.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
