«Эпиграмма на Сталина» стала для известного петербургского поэта Осипа Мандельштама поворотной в жизни. После ее написания Мандельштаму оставалось жить пять лет. Три года из этих пяти прошли в Воронеже. Здесь были написаны «Воронежские тетради», которые многие критики считают вершиной творчества поэта. В этих стихах Мандельштам прославляет город.
В литературном музее имени И. С. Никитина корреспондент vrn.aif.ru узнал, как поэт был связан с Воронежем.
Для ссылки выбрал Воронеж
В литературном музее имени по ул. Плехановской размещена постоянная музейная экспозиция, посвященная Осипу Мандельштаму. Её в 2011 году оформил петербургский художник Эмиль Капелюш, известный своими декорациями для театров.
Театральность здесь чувствуется во всём: от бутафорских железнодорожных путей до камерного освещения. Именно так подчёркивается судьба Мандельштама, вынужденого скитаться по городам без дома, а каждая фотография или рукопись становится частью большого спектакля.
«Мы наиболее полно попытались собрать портреты и биографии людей, с которыми он общался в Воронеже. Это и поэты, и писатели, журналисты, артисты, преподаватели университета, — рассказывает старший научный сотрудник музея Ольга Дворядкина. — Одна стена посвящена трём музам Мандельштама — это его жена Надежда Яковлевна, коллега Анна Андреевна Ахматова и Наталья Евгеньевна Штемпель — самый близкий воронежский друг семьи, она была преподавательницей литературы Воронежского авиатехникума имени Чкалова».
На выставке можно увидеть подлинные страницы рукописей, надиктованные самим поэтом, и заметки Надежды Яковлевны, сделанные аккуратным почерком рядом с текстом. Мандельштам принципиально не записывал стихи собственноручно. Он считал себя поэтом, который работает исключительно «с голоса», полагаясь на звучание слова, интонацию и ритм речи. Его стихи записывала супруга . Она вспоминала, что её роль заключалась не только в записи текста, но и в том, чтобы стать первым слушателем, чутким собеседником, способным оценить гармонию и точность найденного звука. Интересно, что в воронежских стихах в конце каждого стихотворения стояла дата и буква «В» — обозначение Воронежа.
Отдельное место на выставке занимает уголок, посвящённый Анне Ахматовой: в 1935 году поэтесса, приехав в Воронеж, провела целую неделю в доме поэта. Это была редкая возможность живого общения двух великих голосов русской поэзии. Осип Эмильевич читал ей новые тексты, а она внимательно слушала, отмечая перемены в его стиле. Рядом с фотографией визита размещена цитата Ахматовой: «Меня поразило, как простор, широта, глубокое дыхание появились в стихах Мандельштама именно в Воронеже, когда он был совсем несвободен».
Выставка бережно хранит память и о дружбе: Наталья Штемпель, самая близкая подруга семьи, сохранила все черновики и письма Мандельштама через всю войну, передав их Надежды Яковлевне уже после Победы. Под стеклом размещены мемориальные предметы Натальи Штемпель — старинная телефонная книга, чашки из сервиза, письменный набор.
Городская атмосфера тех лет передана в деталях: виды 30-х годов, строки из ахматовского «Воронежа» («Город весь под стеклом ледяным»), фотографии городских пейзажей, которые стали основой целой серии стихов.
«Чудо нас сюда привело»
В начале 1930-х годов поэтический дар Осипа Мандельштама достиг расцвета. Однако роковая эпиграмма «Мы живём, под собою не чуя страны», которую он прочитал полутора десяткам человек, включая Бориса Пастернака, стала приговором его карьере и свободе. Кто-то донёс на Мандельштама, и в мае 1934 года его арестовали и сослали в город Чердынь Свердовской области. Но там у него случился тяжёлый психологический срыв. За Мандельштама похлопотали Анна Ахматова и Борис Пастернак, после чего поэту из-за сильного ухудшения здоровья разрешили самому выбрать место ссылки, исключая несколько крупных российских городов.
«Мандельштам остановился на Воронеже. По воспоминаниям Надежды Яковлевны, его привлекли мягкий климат, близость к Москве, наличие симфонического оркестра, богатой библиотеки и театров. До этого он никогда не бывал в Воронеже, хотя знал о нём из публикаций своих произведений в местных журналах», — отмечает Ольга Дворядкина.
Надежда Яковлевна писала: «Воронеж был чудом, чудо нас сюда привело». Мандельштам: «Воронеж — блажь, Воронеж — ворон, нож...» «Чернозем, чернозем, ты мой чернозем, Я кормлюсь тобой и тобой живу...»
В конце июня 1934 года Осип Мандельштам вместе с женой прибыли в Воронеж. Всего в нашем городе они сменили пять адресов местожительства. Сначала супруги остановились в гостинице на проспекте Революции, а затем переехали в дом агронома Вдовина на улице Линейной (сейчас — Швейников). В следующем году Мандельштамы поселились в двухэтажном доме на проспекте Революции, который до настоящего времени не сохранился. Самой же благоустроенной воронежской квартирой Мандельштамов стала четвёртая— в доме № 13 по улице Фридриха Энгельса. Сейчас на этом доме установлена мемориальная табличка. А под конец ссылки опальный поэт с супругой жили в доме на современной Пятницкой у театральной портнихи.
Делал радиопрограммы, был консультантом
Поначалу Осипу Эмильевичу в Воронеже оказали тёплый приём. Он устроился в местный драматический театр заведующим литературной частью: читал пьесы, участвовал в отборе репертуара, помогал молодым авторам находить свой стиль. На экспозиции представлена уникальная театральная фотография: Мандельштам присутствует на читке пьесы Максима Горького «Враги». Он активно участвовал в культурной жизни города, стремясь быть полезным коллегам и начинающим писателям. А ещё он был платным консультантом журнала «Подъём» и писал рецензии.
Именно радио в Воронеже стало новым полем творчества для поэта. Экспонаты выставки показывают, что Мандельштам регулярно сотрудничал с местной радиостанцией: писал вступительные статьи к музыкальным композициям и радиоспектаклям. Делал обработки классических пьес для эфира — например, пьесу Горького «Враги». Часто выступал сам: читал стихи, делал комментарии к программам, вёл беседы о литературе и искусстве. По воспоминаниям современников, именно работа на радио позволила поэту сохранить связь с широкой аудиторией, когда публикации были практически невозможны. Радио сделало его голосом времени — свободным, острым и глубоко личным.
«Когда он говорил в микрофон, казалось, будто он обращается лично к каждому слушателю. Голос его был глубоким, бархатистым, с удивительной способностью передавать оттенки смысла одними лишь интонациями», — отзывались о поэте его современники. Мандельштам быстро вписался в местную среду.
В экспозиции можно увидеть портреты друзей и современников. Знаменитая пианистка Мария Юдина специально приезжала с концертами поддержать поэта. Актёр Владимир Зельдин читал со сцены и навещал друга. Евгения Герштейн работала в редакции «Подъёма», а её маленький сын Игорь часто гостил у Мандельштама, который даже посвятил ему трогательное стихотворение «Когда улыбается дитя». Особое место занимает портрет Карла Шваба — первого флейтиста симфонического оркестра, арест которого стал личной трагедией для поэта. В 1936 году гонения на поэта возобновились. И Мандельштамы оказались практически в полной изоляции.
Памятник у входа в парк
В мае 1937 года Мандельштамам разрешают поселиться в Подмосковье. А через год поэта арестовывают. Ему дали пять лет лагерей и повезли на Дальний Восток. 27 декабря 1938 года 47-летний поэт умер в пересыльном лагере. Был похоронен в братской могиле, точное местонахождение которой до сих пор неизвестно.
В 2008 году у входа в воронежский парк «Орленок» установили памятник Осипу Мандельштаму в канун 70-летия со дня его смерти — напротив дома по улице Фридриха Энгельса, в котором некоторое время жил поэт. Скульптор изобразил Мандельштама в момент декламации: откинутая назад голова, напряжённая поза — это характерная деталь его выступлений перед публикой и в студии радио.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
Стрит-арт с поэтами вошел в аудиогид «Городские легенды Воронежа» 
Актеры воронежского театра кукол прочли стихи Мандельштама 
Воронежцев зовут услышать стихи Мандельштама в исполнении актеров 
Воронежцев зовут на танцевальный спектакль по Мандельштаму 
В Воронеже появилось граффити с изображением Мандельштама и Ахматовой