«Дальше будет хуже». Эксперт об экологической ситуации в Воронеже

Подсчитано: миллион жителей современного мегаполиса всего за сутки потребляет 32 тысяч тонн кислорода и 625 тысяч тонн воды.Так чем именно дышат и что пьют воронежцы? Хватает ли городу зелени? Станет ли когда-нибудь чище водохранилище? На эти и другие вопросы «АиФ-Воронеж» ответила член совета Центра экологической политики Анна Воронина.

   
   

Опасна ли вонь?

Юрий Голубь, «АиФ-Воронеж»: Можно ли сделать рейтинг экологических рисков Воронежа? Чего стоит бояться, прежде всего?

Анна Воронина: На первое место я бы поставила проблему несоблюдения природоохранного законодательства. Именно с этим связаны все острые проблемы: неприятные запахи, разливы канализации, несанкционированные подключения, незаконные вырубки и т.д.

Второй вопрос, который сейчас стоит на повестке дня, касается развития воронежской городской агломерации. Сейчас формируется новый генеральный план. И одно из важных направлений – не ясно, будет ли оно реализовано – существенное озеленение территории. Например, независимые эксперты федерального уровня констатируют, что от центра до Коминтерновского кладбища у нас вообще нет зелёных зон. 

Это большая проблема для города-миллионника, она касается качества городской среды и позиционирования региона. А ведь у нас есть стратегия пространственного развития, мы боремся за то, чтобы быть главными в Центральном Черноземье. 

На третьем месте – необходимость масштабной и грамотной работы по просвещению населения. Её фактически нет. 

   
   

- В последние месяцы особенно обсуждается тема вони, охватившей едва ли не весь город. Насколько она опасна для здоровья воронежцев?

- Запах появляется из-за повышенного содержания определённых химических веществ. Насколько оно критично, сложно сказать, но, конечно, благоприятно его оценить невозможно. И речь, опять же, идёт о качестве городской среды. Жить среди такого запаха нереально. Так быть не должно. 

Это история с бородой и связана она с злоупотреблениями. Необходимо принимать жёсткие управленческие решения. На Левобережных очистных сооружениях не соблюдается технология. Ещё несколько лет назад Росприроднадзор выходил в суд, чтобы приостановили первую технологическую линию, провели реконструкцию. Это не было сделано.

Дорого, грязно, неудобно

- В какую сторону меняется качество воды, воздуха, почвы?

- Основная масса данных, которая позволяет определить динамику качества воды – результаты внутреннего производственного контроля. Насколько они объективны, трудно сказать. 

За счёт чего может улучшиться вода? Порядка 70% её, как ни крути, - из нашего водохранилища. Качество воды в водохранилище не улучшилось. Сейчас перевернули и перенесли с места на место ил, но его нужно вывозить, потому что в нём много нефтяных и других отложений. Улучшилась ли обработка воды? Жёсткость такая же высокая, железа так же много. Вполне возможно, улучшились органолептические свойства, но говорить о качественных изменениях мы не можем. 

Качество воздуха однозначно ухудшилось, причём по множеству причин. Становится больше загрязняющих веществ – у нас меньше зелёных насаждений, чаще происходят пылевые бури. 

Качество почвы улучшилось? Конечно, нет: одна только пескосмесь чего стоит. 

Недавно на стратегической сессии федеральные эксперты сильно «обломали» наших чиновников, которые любят говорить о том, что у нас соблюдаются все нормы по озеленению. Но специалисты подчеркнули, что количество зелени, которое у нас есть, не нормально для такого города. Воронеж очень неудобен для пешеходов, поэтому все, естественно, ездят на машинах. 

А ведь в Европе озеленение не обязательно сопровождается малыми архитектурными формами или дорогими растениями. Смысл не в том, чтобы поразить воображение, а в том, чтобы было легче дышать, ходить по городу, чтобы скверы были в пешей доступности.

По расчётам экспертов, создать зелёную зону совсем не дорого, а экологический эффект многосторонний, удовлетворённость населения резко возрастает. Но мы пошли по какому-то странному пути. У нас так любят украшать парки необычными формами. Сажают всякие супер-дорогие туи, но по факту зелёных зон стало меньше. Город от этой красоты удобнее не стал. 

Будут всё новые ЧС

- Сейчас идёт очередной этап реабилитации водохранилища. Всего будет потрачено более 250 млн рублей. Удастся ли спасти водоём? Русло расчищают, а стоки не уменьшаются…

- А куда денутся эти стоки? У нас весь город завязан на наше водохранилище. Специалисты-гидрологи вообще не верят в проект по его реабилитации. Он направлен на отдельные аспекты и не носит системного характера. Эффективность никто не рассчитывал. Ощутим ли мы изменения хотя бы визуально – большой вопрос.

- Когда-то в советское время и 90-е годы основной экологической проблемой считались выбросы промышленных предприятий. Сегодня от той промышленности мало что осталось. Эта тема по-прежнему актуальна?

- Конечно, у нас есть производства, которые надлежит вынести за город – «Синтезкаучук», шинный завод. Но это очень дорогостоящее мероприятие, поэтому этим не занимаются. Другой вопрос – как уменьшить воздействие, ведь мир сильно продвинулся в природоохранных технологиях.

Риски промышленного производства были, есть и будут, но у нас много и других рисков: изношенность сетей, несанкционированные массовые врезки, отсутствие нормальной ливнёвки, многочисленные жилые комплексы, на которые не рассчитана мощность очистных сооружений. И ситуация будет только ухудшаться. Будут возникать всё новые чрезвычайные ситуации.